История современной архитектуры немыслима без бетона. Этот материал, известный человечеству тысячи лет, в XX веке совершил настоящую революцию. Великий провокатор и певец брутализма Ле Корбюзье (Le Corbusier) первым показал, что бетон может быть не просто конструкцией, а честной, ничем не прикрытой эстетикой. Его капелла Роншан — не просто здание, а бетонная скульптура, воплощение света и формы. Оскар Немейер (Oscar Ribeiro de Almeida de Niemeyer Soares Filho) пошел еще дальше, доказав, что бетон способен на удивительную пластичность и изящество: его дворцы в Бразилиа парят, изгибаются и поражают воображение, бросая вызов законам гравитации и устоявшимся представлениям о «тяжелом» материале.

История бетона и его современность стали темой для разговора на недавней встрече «Клуб Storytelling», прошедшей в пространстве бюро BOHAN studio и открывшей цикл «Материаловедение». Собравшиеся архитекторы, проектировщики и эксперты говорили о том, как материал, известный с античности, продолжает оставаться главным героем на стройплощадке и в интерьере, открывая все новые грани. Архитектурный обозреватель, автор «Архиблога» и главный редактор книги «Архитектурный бетон» Анна Мартовицкая задала тон дискуссии, напомнив, что именно бетон сформировал облик современной архитектуры, позволив создавать и сложные каркасы, и выразительные «честные» поверхности.

Новая жизнь бетона

В последние годы бетон получил второе дыхание благодаря цифровым технологиям: оказалось, из него можно не только строить, но и «печатать» дома, придавая им самые невероятные формы. Мировые эксперименты в области 3D-печати дошли и до России. В тульском экопарке «Яснополе» появился первый в стране 3D-отель — за этим проектом стоит Дмитрий Черепков, основатель WonderDom. Процесс напоминает работу кондитера: строительный принтер слой за слоем выдавливает бетонную смесь, создавая криволинейные стены, которые невозможно возвести классическими методами без огромных затрат. Характерную слоистую структуру здесь намеренно не скрывают. Она стала своеобразной «подписью» технологии, придающей зданиям уникальный шарм и подчеркивающей природу их создания.

Современные добавки превратили бетон в настоящий пластилин в руках архитектора. Такую метафору предложил генеральный директор компании СТМК и партнер комьюнити «Дома А-класса» Кирилл Корнеев. По его словам, сегодня это уже не просто стройматериал, а инструмент для чистого творчества прямо на стройплощадке, позволяющий возводить премиальные жилые дома, которые становятся полноценными архитектурными заявлениями.

Тернистый путь к идеалу

Однако путь от амбициозного замысла до воплощения в бетоне редко бывает простым. Строительство VIP-терминала аэропорта Платов в Ростове-на-Дону стало настоящей эпопеей, о чем рассказала руководитель BOHAN studio Дарья Туркина: чтобы добиться единообразного цвета колонн на большой высоте, команда прошла через множество проб и ошибок. Первые варианты пришлось сносить из-за разноцветья и наплывов. Архитекторам пришлось экспериментировать с гидрофобными покрытиями, которые защищают бетон от влаги и сохраняют его первоначальный оттенок, не давая ему посереть со временем.

Другой знаковый проект студии — станция метро «Солнцево». Ее павильоны в виде деревенских домиков (напоминание о том, что здесь еще несколько десятилетий назад была деревня) выполнены из самоуплотняющегося высокопрочного бетона, а их белоснежная поверхность стала результатом кропотливой работы. Дарья Туркина рассказала о «пути самурая», который пришлось пройти, отстаивая сложную форму перед строителями. Те предлагали упростить проект до прямоугольных металлоконструкций, но архитекторы настояли на своем. Но даже после победы их ждало новое испытание — службы эксплуатации метрополитена, не вникая в тонкости, просто покрасили уникальные бетонные панели белой краской. Этот случай напомнил известную архитектурную мудрость: существует лишь короткое окно между завершением стройки и моментом, когда объект «улучшают» те, кто должен его обслуживать.

Скепсис строителей — одна из главных преград для воплощения смелых задумок. С этим согласна и архитектор и основатель бюро YoYo Мария Яско. Работая над интерьерами аэропорта в Самаре, она столкнулась с предложением заменить одну смелую бетонную колонну десятью стандартными подпорками. «Архитекторам пришлось становиться конструкторами и доказывать, на что способен бетон», — вспоминает она. Позже этот опыт помог ей в проекте лобби бизнес-центра «Суперметалл». Индустриальный характер материала здесь намеренно смягчен плавными, волнообразными формами. Бетонные «кашпо», буквально вырастающие из пола, задают сценарий движения по длинному и узкому пространству.

Высший пилотаж и цена вопроса

О том, что такое настоящий высший пилотаж в работе с бетоном, рассказал главный архитектор бюро Soulstone Антон Баев. Лицевой бетон — это сложная и дорогостоящая технология, требующая ювелирной точности на всех этапах. В качестве эталона он привел подземную парковку в ГЭС-2. Чтобы добиться идеальной смеси и безупречно гладкой поверхности колонн, было сделано 47 тестовых заливок. Результат впечатляет: идеально ровные углы, отсутствие каверн и дефектов — такие колонны хочется трогать руками. Этот пример наглядно показывает: если архитектор хочет получить настоящий архитектурный бетон, он должен с самого начала закладывать это в документацию, объяснять заказчику и подрядчику, что это за материал, и контролировать каждый этап — в противном случае даже самый качественный строительный бетон окажется там, где его не видно.

Поэтика разрушения и экология

Отдельная тема — судьба бетона после завершения жизненного цикла здания: если металл можно переплавить, а дерево пустить на щепу, то бетон традиционно считался проблемой для экологии. Но и здесь архитекторы нашли креативный подход. В Воронежской области на месте недостроенного завода, где тридцать лет пролежали привезенные, но так и не смонтированные бетонные фермы, решено было разбить парк. Архитекторы Михаил Бейлин и Олег Шуликов из бюро Citizenstudio предложили не тратить средства на вывоз конструкций, а вживить их в ландшафт. «Уже в момент знакомства с участком стало понятно: если воспользоваться тем, что на нем осталось, будет сенсация, — вспоминает Михаил Бейлин. — Есть определенная эстетика в этих бетонных остатках. Парков много, а такого постиндустриального, да еще и на непостроенном заводе, нет нигде». Проект «Бетонные сады Острогожска» получил целый ряд премий, включая «Золотой Трезини», и финансирование по программе благоустройства малых городов и исторических поселений Минстроя России. Фундаменты стали опорами для смотровых площадок, лежачие фермы превратились в гигантские клумбы. Проект получился манифестом бережного отношения к материалу и месту, доказав, что бетон способен на вторую, не менее яркую жизнь.

Подводя итог вечера, модератор генеральный директор агентства «Правила общения» Юлия Зинкевич напомнила, что мы привыкли воспринимать бетон в эстетике брутализма — монолитным и предсказуемым. Однако сегодняшний день предлагает совершенно иную оптику. Современные технологии превратили этот материал в податливую материю, способную принимать самые немыслимые, почти природные формы. Бетон — это больше не тяжесть и серость, а невероятное пластическое разнообразие.

Авторы: Оксана САМБОРСКАЯ